Мировоззрение личности

Мировоззрение личности

Наиболее своеобразной чертой мировоззрения личности как особого психологического образования является его квазиобъективность: будучи субъективной психологической реальностью, мировоззренческие генерализации воспринимаются самим субъектом как отражение реального мироустройства, как точная характеристика объективной действительности. ...

Наиболее своеобразной чертой мировоззрения личности как особого психологического образования является его квазиобъективность: будучи субъективной психологической реальностью, мировоззренческие генерализации воспринимаются самим субъектом как отражение реального мироустройства, как точная характеристика объективной действительности.

Расхождение между субъективной природой мировоззрения и объективным характером отражающейся в ней действительности обычно остается незаметным для субъекта по меньшей мере по двум причинам.
Во-первых, мировоззрение представляет собой форму синтеза, взаимопроникновения познания реальности и ее осмысления, оно пропитано смыслом, воспроизводит явления действительности прежде всего в их не объективных, а смысловых связях (Иванов, 1986; Козловский, 1986 и др.). Во-вторых, отличительной чертой мировоззрения является его претензия "выражать общечеловеческую точку зрения и позицию. Это значит, что в важнейших смысложизненных (а стало быть, и мировоззренческих вопросах) любой... субъект мировоззрения склонен обосновывать свою позицию как всеобщее требование, вытекающие из сущности человека или мирового порядка вещей" (Иванов, 1986, с.69). Мировоззрение говорит о том, как «на самом деле» устроен мир; когда я выражаю свои мировоззренческие убеждения, я считаю, что я говорю не о себе, а о действительности.

Иллюзия объективности мировоззрения делает его ценнейшим материалом изучения личности и ее субъективного мира. Благодаря этой особенности мировоззрения мы вправе ожидать, что его содержание будет в меньшей степени подвержено искажающему влиянию психологических защит, чем содержание Я-концепции, поскольку защита обеспечивается самой формой, которую те или иные смысловые ориентации приобретают, формулируясь как мировоззренческие постулаты, как суждения о мироустройстве, о порядке вещей. Мировоззренческие генерализации в результате оказываются чрезвычайно проективными, отражающими достаточно глубокие и интимные ценностно-смысловые ориентации личности, они гораздо больше говорят о личности того, кто их высказывает, чем о том, как устроен мир на самом деле. Например, трудно представить себе, что нравственный, честный человек может придерживаться убеждения: "Все люди воруют". За мировоззренческим убеждением, что любой человек украдет чужое, если будет исключен риск разоблачения, отчетливо просматривается отсутствие внутренних преград нравственного характера.

Формулируя некую всеобщую закономерность и подавая свои собственные личностные особенности как проявление этой закономерности, человек снимает с себя личную ответственность. Но на самом деле эта общая закономерность существует только в его сознании и, рассказывая о том, как устроен мир, человек рассказывает нам о себе. Тем самым мировоззрение оказывается не только интересным объектом психологического изучения, но и перспективным способом косвенной диагностики глубинных личностных структур. Можно говорить даже о специальном методическом принципе мировоззренческой проекции . В частности, много лет проработав с такой методикой как Тематический апперцептивный тест (Леонтьев, 1998), я обнаружил, что наибольшей проективной ценностью в нем обладает материал, который заключается в генерализациях, вплетенных в ткань рассказов. На основании этого в схему анализа Тематического Апперцептивного Теста была введена новая категория – категория генерализаций.

Это относится не только к тем обобщениям, которые человек высказывает от себя, но и к тем мировоззренческим обобщениям, которые он заимствует где-то в готовом виде и включает в свою картину мира. Одной из разновидностей таких обобщений являются элементы родительских сценариев, которые родители внушают детям (Берн, 1988). Часто эти сценарные указания носят характер мировоззренческих генерализаций. Обобщения типа «все мужики сволочи» часто являются не обобщением личного опыта, а передаются от матери к дочери. Не всегда, конечно, сценарные указания носят характер мировоззренческих генерализаций (иногда они имеют вид прямых указаний и императивов: делай то, не делай это, будь таким, не будь таким), но значительная их часть именно такова.

Часто в этом качестве выступают генерализации, облеченные в форму пословиц или афоризмов. Я проводил авторские мастерские, посвященные мировоззрению, именно на этой основе. Если человеку попросить сформулировать несколько любимых пословиц, поговорок, афоризмов и т.д., в этом очень четко могут проявиться главенствующие тенденции его личности. Я просил каждого назвать по три любимых пословицы. В пословицах присутствует некоторая идея, некоторый смысл. Он представлен в усложненном, виде, в своеобразной риторической форме, и задача заключается в том, чтобы выпрямить ту мысль, которая сформулирована в данной пословице, сформулировать ее максимально просто, простыми словами без всяких ухищрений. После этой операции «спрямления» смысла трех выбранных пословиц обычно удается без труда вычленить либо повторяющиеся в разных пословицах смысловые инварианты, либо суммарный смысл, по отношению к которому три пословицы представляют составные части, хорошо монтирующиеся друг с другом. Первый человек назвал: «Любишь кататься — люби саночки возить», «Семь раз отмерь — один раз отрежь», «Лучше синица в руках, чем журавль в небе». Личностные инварианты этого набора: рациональность, осторожность, предусмотрительность. Второй вариант: «Рыбак рыбака видит издалека», «Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь», «Волка ноги кормят». Несколько менее отчетливо, чем в первом случае, но и здесь проективно проявляются существенные инварианты: активность, целеустремленность, деловая направленность. Третий вариант: «Назвался груздем – полезай в кузов», «Чем дальше в лес, тем больше дров», «Недосол на столе – пересол на спине». Суммарный смысл: стоический пессимизм, терпение, предусмотрительность.
Еще одним воплощением методического принципа мировоззренческой проекции является разработанная мною диагностическая методика предельных смыслов (Леонтьев, Бузин, 1992; Леонтьев, Филатова, 1999; Леонтьев, 1999). Она предназначена непосредственно для изучения смысловых аспектов мировоззрения. Это строящаяся по определенным правилам диалогическая процедура. Психолог последовательно задает клиенту ряд вопросов по заданному алгоритму, записывая ответы. Вопросы строятся по образцу «Зачем люди смотрят телевизор?». Принципиальны два первых слова – «зачем» и «люди», а вид деятельности, о котором задается вопрос, берется из ответа клиента на предыдущий вопрос (за исключением самого первого). Эти вопросы задаются до тех пор, пока человек не доходит до некоторой предельной точки, для определения которой существуют специальные критерии. Всегда уже со второго шага человек выходит на обобщенную структуру представлений смыслов не конкретных видов деятельности, а вообще общей системы активности человека в мире и, несмотря на то, что вопросы формулируются о людях вообще, реально говорит о себе самом .

По результатам строится граф, отражающий систему связей между категориями.
Есть три способа его анализа.
1. Проективный анализ содержания, подобный анализу любого проективного материала. 2. Контент-анализ: используются 3 категории ответов, частоту которых можно выражать количественно.
3. Структурный анализ: выделен ряд признаков, которые характеризуют структуру самих графов, степень развернутости, связности, интеграции смысловой структуры мировоззрения. Показатели имеют хорошие психометрические характеристики и дают ценные и нетривиальные результаты.